Источник и фото: Журнал “КО”
Президент РФ Владимир Путин на саммите БРИКС в Казани надеется «придать блоку вес», предложив лидерам объединения построить новую глобальную финансово-платежную систему. Это позволит нанести удар по доминированию США в мировых финансах и защитить Москву и ее друзей от санкций.
Речь идет о системе BRICS Bridge, которую могут создать в течение года, сообщает британский журнал The Economist в статье «План Путина победить доллар».
BRICS Bridge может заимствовать концепции из проекта mBridge, частично управляемого Банком международных расчетов (БМР), который еще называют «оплотом западного порядка». В создании этого проекта принимал участие Китай. Он взял на себя руководство по программному обеспечению и написанию кода, лежащего в основе mBridge. Именно в Пекине и могли использовать наработки для создания BRICS Bridge.
Минфин РФ в июне озвучил идею о создании платформы BRICS Bridge для расчетов в национальных валютах, в том числе в цифровых. Как говорили российские власти, альтернативная платежная система даст возможность проводить экономические операции без зависимости от тех, «кто решил сделать из доллара и евро оружие».
В Пекине поддерживают и лоббируют идею альтернативной системы. BRICS Bridge может обеспечить странам Глобального юга более дешевые и быстрые транзакции, а также привлечь развивающиеся экономики.
Опасения Запада понятны: BRICS Bridge станет использоваться для обхода его санкций. Кроме того, новая система может угрожать многолетнему доминированию США в мировой финансовой системе, являвшейся «основой послевоенного порядка». При этом, начиная с 2000 года мировые национальные резервы в долларах упали примерно с 70 до 58%.
«Отправка денег по всему миру немного похожа на дальний перелет: если два аэропорта не связаны напрямую, пассажирам придется делать пересадки, в идеале на оживленном узле, где стыкуется множество других самолетов. В мире международных платежей крупнейшим узлом служит Америка, где многие банки мира обменивают иностранную валюту тех, кто совершает платежи, на доллары, а затем на валюты, в которых эти платежи принимаются», — объяснили в The Economist.
Доллар занимает центральное положение из-за так называемого эффекта «паноптикума», или «узкого места». Речь идет о том, что почти все банки, осуществляющие транзакции в долларах, обязаны делать это через корреспондентский банк в США. Сам банк может отслеживать потоки на предмет признаков финансирования терроризма и уклонения от санкций. Это давало американским президентам весомый рычаг власти. Кроме того, США вмешивались в работу формально независимой системы обмена финансовыми сообщениями SWIFT, выдвигая требования об отключении неугодных банков и даже целых стран, таких как Иран или Россия.
«Путин надеется извлечь выгоду из этой долларовой неудовлетворенности на саммите БРИКС. Для него создание новой схемы служит неотложным практическим приоритетом, а также геополитической стратегией», — считают в издании.
До саммита БРИКС проводились многочисленные встречи участников объединения, обсуждавших создание кредитно-рейтингового агентства и большой страховой компании. Самой значимой инициативой называется план использования цифровых денег, которые обеспечены фиатными валютами. В этом случае ни одна страна не сможет отключить другую от финансовой системы.
Между тем 22 октября Владимир Путин на полях саммита БРИКС в Казани встретился с президентом Нового банка развития Дилмой Руссефф. Он рассказал ей о фундаментальных преимуществах расчетов в нацвалютах. По словам российского лидера, увеличение расчетов в местных валютах позволяет снизить оплату за обслуживание долга, повысить финансовую независимость стран — участниц БРИКС. Также, по словам Путина, данный подход позволяет максимально снизить геополитические риски и «избавить, насколько это возможно в сегодняшнем мире, развитие экономики от политики».
Глава же белорусского МИД Максим Рыженков 22 октября заявил, что Минск поддерживает усилия Москвы по созданию системы расчетов в рамках БРИКС. По его словам, Белоруссии интересна тема расчетов в рамках БРИКС, потому что пора уже иметь пару-тройку механизмов, которые были бы неподконтрольны коллективному Западу. Тот задействует эти возможности не столько в рамках санкционной политики, сколько как инструментарий нечестной конкуренции, не соответствующий духу международных организаций, таких, как ООН или ВТО.
