Источник и фото: KONKURENT
Российский рынок товаров повседневного спроса (FMCG) продолжает находиться под давлением государственной системы прослеживаемости «Честный знак». Заявленная цель — сделать рынок прозрачнее — на практике оборачивается для дистрибьюторов и импортеров серьезными экономическими трудностями. Антон Проскурин, владелец и директор по развитию компании «Сэйфко», поделился с KONKURENT своим видением того, как эта система создает критическую нагрузку на бизнес.
Скрытые издержки за 62 копейки
«Наш ассортимент включает воду, пиво, соки, снеки и различные напитки — все категории, для которых требуется «Честный знак». За внешней простотой маленькой наклейки скрывается огромная цепь затрат и рисков, которые серьезно подрывают экономику бизнеса», — отмечает Антон Проскурин.
На первый взгляд, стоимость самого Data-кода в 62 коп. не выглядит угрожающей. Однако предприниматели называют эту цену маркетинговой уловкой, которая маскирует реальный масштаб расходов.
«Ключевая проблема кроется в совокупной стоимости внедрения и поддержки системы. Сама марка и групповые коды — это лишь верхушка айсберга. К этому нужно прибавить оплату услуг подрядчиков, работающих с ЕГАИС, «Меркурием» и «Честным знаком», а также содержание собственных профильных отделов, которые по объему работы сравнимы с полноценной бухгалтерией. Все это ведет к росту фонда оплаты труда. В результате прямые и косвенные затраты на маркировку могут увеличить себестоимость недорогого товара на 20%, а если учесть расходы на персонал, подрядчиков и логистику, то и на все 40%», — детализирует директор по развитию «Сэйфко».
Бюрократический лабиринт для импортеров
Особенно остро проблемы системы ощущают участники внешнеэкономической деятельности. «Сэйфко» активно импортирует товары с азиатского рынка, где бюрократические препятствия усугубляются логистическими сложностями.
«Мы привозим продукцию из Кореи, Китая, Японии и Вьетнама. Маркировку нужно либо наносить на производстве за границей, либо проводить домаркировку уже в России, на складах временного хранения», — рассказывает Антон Проскурин.
Он приводит наглядный пример: для банки напитка себестоимостью 35 руб. складские услуги по домаркировке добавляют еще около 8 руб. Это увеличивает начальную стоимость товара почти на 30%. «Эта финансовая нагрузка неизбежно перекладывается на следующие звенья цепочки и в конечном итоге отражается на ценнике в магазине», — констатирует предприниматель.
Еще больше рисков возникает, когда иностранный производитель соглашается наносить коды на своем заводе. По словам Проскурина, этот процесс легко превращается в логистический кошмар.
Антон Проскурин: «Возьмем для примера поставку Coca-Cola из Китая. Мы заказываем коды в «Честном знаке», пересылаем их в Китай. Там их наклеивают на бутылки, причем в присутствии нашего представителя, что создает дополнительные расходы. Затем товар едет в Россию, марки вводятся в оборот, и только после этого его можно продавать. Но сбой может произойти на любом этапе. Например, китайские рабочие могут перепутать марки при погрузке или положить в коробку несколько банок из другой партии. Когда на таможне обнаруживается несоответствие кодов с грузовой таможенной декларацией (ГТД), вся партия отправляется на таможенный склад. Это не просто простой, а огромные реальные затраты: погрузка-разгрузка, поиск ошибок, переклейка кодов, повторная подача документов. У многих импортеров сейчас целые склады забиты таким «проблемным» товаром, и что с ним делать — неясно».
«Легальные» убытки и логистический хаос
Помимо финансовых барьеров, бизнес сталкивается и с физическими рисками. Код маркировки оказался очень уязвимым к условиям хранения и транспортировки, что может превратить легальный товар в неликвид.
«Марки стираются во время перевозки, могут размокнуть от влаги. Если в паллете протечет хотя бы одна банка, заказчики часто списывают всю коробку. Восстановить поврежденный код удаленно крайне сложно. В итоге остается либо признавать товар браком и нести убытки, либо пытаться решить проблему вручную, что тоже требует времени и денег», — делится Проскурин.
Отдельная головная боль — учет и логистика на «последней миле». Одна ошибка может свести на нет месяцы работы.
«При поэкземплярном учете ошибка водителя, который перепутал коробки, способна сорвать всю поставку. Магазин просто не сможет принять товар, так как его система не увидит заявленные марки. Это порождает дополнительные расходы, срывы сроков и напряженные переговоры с торговыми сетями», — добавляет он.
Кому это выгодно?
Антон Проскурин признает, что изначальная цель государства — борьба с теневым рынком — понятна и в целом поддерживается бизнесом. Однако выбранный механизм реализации оказался чрезмерно бюрократизированным и финансово токсичным.
«Сегодня «Честный знак» создает колоссальную административную и финансовую нагрузку, которую малый и средний бизнес просто не в состоянии выдержать. Многие предприниматели вынуждены либо закрывать направления, требующие сложного поэкземплярного учета, либо вовсе уходить с рынка. Для крупных игроков маркировка — это серьезные издержки, а для небольших компаний она часто становится непреодолимым барьером. Вместо инструмента прозрачности система превратилась в источник нестабильности и рисков», — рассуждает владелец «Сэйфко».
В предпринимательском сообществе растет недовольство текущей моделью. По словам Проскурина, среди коллег все чаще звучат ироничные предложения по реформированию системы: «В нашей профессиональной среде даже ходит полушутливое предложение: если главная цель — сбор средств, то было бы проще ввести небольшой фиксированный платеж с каждой партии, избавив бизнес от всей этой громоздкой и дорогостоящей инфраструктуры».
А пока предпринимателям остается лишь искать внутренние резервы для сокращения издержек, пытаясь найти баланс между требованиями регулятора и сохранением рентабельности в условиях, когда каждая наклейка на товаре может стать причиной серьезных убытков.
