Источник: Журнал Эксперт Фото: «Проект „Конец света“»/Sony Pictures
В мировой прокат вышел первый громкий фантастический блокбастер года — «Проект „Конец света“», которому уже прочат активное участие в следующей «оскаровской» гонке. В основе сценария — роман «Проект „Аве Мария“», третья книга американца Энди Вейера, чей дебютный роман «Марсианин» в 2018 г. экранизировал Ридли Скотт. Сюжет новой экранизации тоже вращается вокруг одинокого землянина, вынужденного выживать в дальнем космосе.
Лидия Маслова – Кинокритик
Энди Вейер зарекомендовал себя как мастер иронично-оптимистичной фантастики с неизбежным хэппи-эндом, поэтому даже тревожный «конец света» в русском варианте названия не слишком напугает опытного зрителя. В оригинале роман и фильм называются Project Hail Mary, отсылая к терминологии американского футбола, где «Аве Мария» — шутливое название очень длинного паса вперед, который имеет мало шансов на завершение, если только высшие силы не помогут игроку, мысленно бормочущему про себя слова знаменитой католической молитвы.
В «Проекте…» только на милосердие Богородицы и остается уповать всему человечеству, над которым нависла очередная угроза апокалипсиса. Дело в том, что в Солнечной системе обнаружилась так называемая «линия Петровой» (открытая сотрудницей Пулковской обсерватории), состоящая из загадочных микроорганизмов-астрофагов, способных каким-то образом пожирать звезды и среди прочего нацелившихся на наше солнышко. Единственная солнцеподобная звезда, которая по малообъяснимым причинам оказалась не по зубам астрофагам, — Тау Кита. Человечеству, не желающему замерзнуть под обгрызенным микробами Солнцем, ничего не остается, как снарядить экспедицию к далекой звезде и перенять тамошний опыт. Правда, лететь 11 световых лет, и топлива на обратный путь не хватит, поэтому миссию придется поручить героям-камикадзе, которые вернуться не смогут, а успеют лишь взять образцы с поверхности Тау Кита и отправить их на Землю для дальнейшего изучения.
Одним из трех членов международного экипажа и оказывается герой Райана Гослинга, мирный школьный учитель естествознания с говорящей фамилией Грейс — космическая благодать на протяжении фильма осеняет его по разным поводам неоднократно и наверняка передастся отзывчивым, эмпатичным зрителям. Но поначалу Грейс не понимает своего счастья и тщетно пытается отбояриться от самопожертвования, уверяя мрачную начальницу проекта (Сандра Хюллер), что он совершенно не создан для космоса, поскольку его укачивает даже в лифте. Всю эту длинную предысторию с черноватым юмором, как и комическую псевдонаучную подоплеку нового апокалипсиса, мы узнаем небольшими порциями из флешбэков. А начинается нелинейное повествование почти в детективном духе: герой, очнувшись на космолете в беспамятстве, обнаруживает себя в компании двух мертвецов (русского и китайского) и бортового компьютера по имени Мэри, от которого измученный гибернацией бедолага не может добиться внятной информации, что происходит и кто он вообще такой.
Сценаристом «Проекта „Конец света“» выступил тот же Дрю Годдард, который адаптировал «Марсианина», постаравшись добавить шуток и оживить диалоги — это, честно говоря, не самая сильная сторона такого писателя, как Вейер, который к третьему роману начал выдыхаться и повторяться. Уже по одной этой причине «Проект…» выглядит куда менее бодро, чем «Марсианин», где неунывающий (в отличие от плаксивого героя Гослинга) Мэтт Деймон в роли одинокого астронавта, нечаянно забытого на Марсе, совершал агрономический подвиг, засадив полпланеты картошкой и находчиво удобряя ее отходами своей жизнедеятельности. Если в «Марсианине» земляне четыре года ломали головы, как спасти космического робинзона, перед которым они ощущали некоторую вину, то в «Проекте…» ситуация зеркальная: не герой зависит от земных начальников из NASA, а наоборот, все человечество — от его мужества и изобретательности. В принципе, как постепенно выясняется из флешбэков, у Грейса, использованного втемную, даже больше причин, чем у забытого впопыхах «марсианина», обидеться и плюнуть на людишек, поселившись на какой-нибудь уютной планете с новым другом Рокки, встреченным в космосе — негуманоидным обитателем планеты Эрид, которого отправили к Тау Кита с аналогичным заданием.
В книге Грейс откровенно говорит о том, что скорее бы предпочел посвятить небольшое оставшееся ему время своей любимой биологии (от которой его давно отлучили за слишком дерзкую диссертацию), а не проблемам выживания землян: «Как бы я хотел провести остаток жизни, изучая эридианскую биологию! Но сначала я обязан спасти человечество. Дурацкое человечество. Мешает мне воплотить мечту!» В фильме взаимоотношения Грейса с Рокки уверенно выходят на первый план и становятся эмоциональным стержнем, несмотря на отсутствие в облике инопланетянина каких-то антропоморфных элементов, способствующих человеческому контакту. В первоисточнике Рокки смахивает на «симметричный пятиугольник без глаз», в фильме он выглядит как скальное образование в форме краба или паука, или, если угодно, как подвижный каменный табурет на пяти ножках. Такого легко представить в мультфильме анимационной студии Pixar, где неодушевленные предметы часто получаются более выразительными и убедительными, чем человеческие актеры.
Регулярно переключаясь на земные воспоминания Грейса, авторы «Проекта…» стараются, чтобы зритель тоже не забывал о людях, которые на Земле с трепетом ждут своей участи, но флешбэки часто производят тягостное впечатление, особенно сцена прощального караоке накануне отлета. В этом эпизоде несгибаемая начальница проекта, вдруг разнюнившись, исполняет в замедленной заунывной аранжировке композицию британского певца Гарри Стайлза Sign of the Times, призывающую утереть слезы. Слушая эти стоны где-то в начале третьего часа непомерно затянутого фильма, с нетерпением ждешь, когда же проводы спасителей планеты закончатся и можно будет снова вернуться в космос, к развитию трогательных отношений двух веселых друзей, научившихся даже обниматься через скафандр, точнее, через граненую стеклянную колбу, в которой передвигается негуманоид.
В лучшие моменты дружеских проявлений «Проект…» заставляет вспомнить, что снявший его режиссерский тандем — Кристофер Миллер и Фил Лорд — когда-то довольно остроумно сумел преподнести тему парадоксальной дружбы двух совершенно не похожих мужских существ в комедийной дилогии «Мачо и ботан» (кстати, в этом раскладе Грейс — явный ботан, а каменный табурет — определенно мачо). Потом режиссеры переключились на мультики, с которых начинали, экранизировав детскую книжку о падающей с неба еде — «Облачно, возможны осадки в виде фрикаделек». В недавних успешных проектах Миллера и Лорда, анимационной комедии о супергероях «Лего. Фильм» и «оскароносном» мультфильме «Человек-паук: Через вселенные», взрослые еще могли, поднатужившись, найти для себя какой-то интерес, обнаружить не совсем глупые шутки и поп-культурные аллюзии, но на «Проекте „Конец света“» авторы окончательно впали в детское простодушие, что, впрочем, лишь повышает «оскаровские» шансы их сентиментальной эскапистской сказочки.
